Тогда заимел привычку кататься от одной конечной станции до другой, садился на Хамида Алимжана, доезжал до Буюк Ипак Йули и ехал вплоть до Алмазара, .

Тогда заимел привычку кататься от одной конечной станции до другой, садился на Хамида Алимжана, доезжал до Буюк Ипак Йули и ехал вплоть до Алмазара, затем — обратно, и так несколько раз, несколько раз, пока не складывалось впечатление, до тех пор, покуда не удавалось собрать информацию с полевых этнографических исследований, в ходе которых следил и наблюдал за людьми, за мимикой, движениями, походками, взглядами, частотой моргания, тем, как держат руки, тем, как долго всматриваются в лица и какие морщины при этом приходят в движение, и рассказывал истории, составлял карты, и местности, и игральные, записывал литературу; две остановки — внешняя биография, три — психологический портрет, две следующие — пространство сознания и его вариаций, что можно сотворить и что нельзя с данной моделью психики, в какие сценарии, известные жизни и смерти, оно поместится, а в какие — нет, пять последних — на счёт миров, возможных и невозможных в этом срезе существования; путь же обратно задача другая — прожить придуманное, ощутить до первой мысли, возникающей утром, до последнего слова, сказанного в разговоре с самим собой ночью, двенадцать станций и стадий проживания.

Однажды мой взгляд встретил нейросуфия; однажды нейросуфий поймал мой взгляд.