.

... Бродил, бродил по улицам, по бесконечным ташкентским улицам, таким простым и одинаковым, либо битым, где земля протопталась людьми, и которую люди не захотели лечить, либо подобным, неотличимым друг от друга, по близнецам, жизнь развела их в младенчестве, не наделила надеждой вырасти, и они обрелись в самоповторяющейся геометрии, не фрактале, но пятом постулате Евклида, непременно пересекаясь друг с другом, и от одной линии всегда можно было начертить другую в голове, отгадать; но их было достаточно, довольствовался ими, потому что неважно, в какой плоскости идти, когда значение придавалось шагу, когда движение Гераклита оставалось неизменным в любой системе отсчёта, это значило: достань из кармана любой закон, ньютоновский или не очень, и он станет верным, если ты верен ходьбе и ночному мерцанию улиц, о которых писал стихи; и я бродил, бродил по улицам, по бесконечным ташкентским улицам, таким простым и одинаковым.

Точка, от которой отходит абсцисса и ордината — пока что двумерная система, пока можно не задумываться о третьем измерении, ведь от него и ухожу — старый сквер, площадь Амира Тимура, истинный центр около гостиницы Узбекистан, путешествие в южные земли, отсюда начинаются четыре пути, по которым можно пойти; выбираю прямую, стекаюсь к площади Независимости, к закату и к огню, никогда в своей жизни не видел это место не ночью и не вечером, не верю, что такое возможно; широчайшая дорога бродвея, озарение кирпича яркими отблесками фонарей, люди, люди, люди идут и идут, никогда не сидят, да здесь и негде присесть, и они идут, неторопливо и неспеша, остерегаясь проезжающих велосипедов, невозможно толком определить их национальную, социальную, культурную, локально-социальную и локально-культурную принадлежность, одни тени, тени, тени идут и идут, неотличимые одна от другой, никогда не видны, никогда не запоминаемы, в отличие от парка на другом векторе этого пространства, парка Амира Тимура, в отличие от Форума, где люди только сидят и никогда не ходят, двигаются, чтобы остановиться, останавливаются, чтобы двигаться, бесконечная диалектика и смена формаций состояния, плотный контакт в единой экосфере, живущей своей органикой и своим ритмом, каждая часть и каждая область этого места, форума, обладает локальной динамикой, геометрией, своим пучком свойств, реализуемых на каждом топосе, и каждой группе человеческого здесь можно найти свой изворот, своё отображение, свою удалённость и силу, возникающую во взаимодействии двух симметричных тел, люди живут здесь, находясь в точечной связи друг с другом, токи, бегущие по магниту, что создают общее магнитное поле, которого нет у царства светлых теней на бродвее около торгового центра Пойтахт, где каждое лицо различимо, но безлично, и которое будто бродит в своих собственных отдельных снах, тогда как форумское сновидение едино и коллективно, одна система координат, точка, к которой восходит ордината и абсцисса.

Так много и так мало мест, так много цвета, так мало красок; синий перетекает в чёрный; ты бродишь в одиночестве, исчерпав язык саморефлексии, потеряв нить нарратива, обронив логическую структуру кодификации бытия, звук стал звуком, и крики птиц стали криками птиц, перестав иметь смысловой набор коммуникации, лишая тебя звания орнитолога симулякрической мысли о том, будто код считываем; ты поднимаешь взгляд: многоэтажные здания упираются пиками в тучи, будто на их вершинах разрослись вороньи гнёзда, такие неуловимые, такие недосягаемые, такие синие, такие чёрные.

Впервые встретил его в метро.